Я знаю: есть конец у всех дорог;
Я знаю: есть конец у всех мелодий.
Струится между пальцами песок,
Я чувствую, как всё уходит...
Холодный ветер гонит облака
И стаи перелётных птиц в полёте.
Соломинки уносит вниз река,
Я чувствую, как всё уходит...
Скользит беззвучно стрелка по часам,
Но время меня больше не заботит, –
Я знаю, что все вещи исчезают,
Я чувствую, как всё уходит...
И каждый вечер, сидя у окна,
Я наблюдаю, как заходит солнце,
И каждый его блик напоминает
о том, что больше не вернётся.
Все поезда куда-то отбывают...
И я смирился с тем, что происходит.
Смотрю в твои глаза, не отрываясь,
И чувствую, как всё уходит...
Моя нелепая больная жизнь
не оборвётся на надрывной ноте,
Я буду постепенно таять
И уходить... как всё уходит.
Вы, товарищи, не бойтесь погулять под крики сов,
Этой ночью очень много схоронили мертвецов.
Мы сегодня вас не тронем, на погосте будет пир,
Наедимся стылой крови вдоволь. Правда, брат-вампир?
Могилу выроем мы враз, покойника съедим сейчас,
И эта пища – высший класс, и не вините в этом нас.
Мы волком взвоем на луну, как наедимся,
И по могилам по своим мы поспешим.
И с мертвецами со своими мы простимся,
И рая светлого мы пожелаем им.
И влюблённые пусть бродят под сиренью в эту ночь,
Мы для них чуть-чуть повоем, и уйдём в могилу прочь.
Под землёй ночь скоротаем, наше счастье – это мрак,
Отлежимся, отстрадаем. Правда, милый вурдалак?
На следующую же ночь любого можем уволочь,
Вы, мама с папой, прячьте сразу своего сына или дочь.
Клыки вампира снова глотку перережут,
И наша жертва вновь издаст последний вздох.
Мы мертвечатину едим как можно реже,
Ведь, кровь живых людей приятней, видит Бог...
Часы пробили полночь, – зажгу я три свечи,
И окроплю их кровью под тишину ночи.
Открою книгу старую – она мне всех родней,
Ведь, это – наследство старой бабушки моей.
Я открываю дверь в квартире своей,
Я приглашаю в гости вампиров, упырей...
Я с ними свою группу "..." сколочу,
И буду я играть там всё, что захочу!
Приходите, упыри, в назначенный срок,
Мы сыграем с вами зловещий панк-рок.
А кто из вас не любит панк-рок и рок-н-ролл,
Тому я в грудь вобью осиновый кол...
Изначальная точка нашей жизни это – роддом,
А конечная точка нашей жизни это – морг.
А в середине, треть жизни, мы спим, помолившись перед сном,
В середине, треть жизни, мы пашем на заводе родном.
Но кто сказал, что мертвецы не видят сны? Это – сказки,
Кто сказал, что они не бывают грустны? Это – ложь.
Кто сказал, что они не мечтают о половой ласке?
Ты сам убедишься в этом, когда помрёшь.
Я и сам не мог понять, пока не лёг под осиновый крест,
Я не мог понять, пока не лёг в дом из шести досок.
Я не мог понять, пока не получилась перемена мест,
А только понял лишь тогда, когда был порван моей жизни кусок...
"Кто подошла ко мне так резко и так незаметно?
Это моя смерть!
Кто ложится на меня, и давит мне на грудь?
Это моя смерть!
Кто носит чёрный галстук и чёрные перчатки?
Это моя смерть!
Кто подверг меня беспамятству и ничегоневиденью?
Это моя смерть!
Кто тебя сделал вдовой в твои 18 лет?
Это моя смерть!
Кто заставил поминать меня через 40 дней?
Это моя смерть!
Кто сделал так, что все друзья забыли вдруг меня?
Это моя смерть!
Кто заставил меня мёрзнуть в старом морге городском?
Это моя смерть!
Кто разрешил практиковаться на моём трупе?
Это моя смерть!
Кто помог могильщикам заработать по червонцу?
Это моя смерть!
Кто вынудил мою родню заказывать ограду?
Это моя смерть!
Кто заставил меня лечь костылями на восток?
Это моя смерть!
Лента событий
